Товарищ Иосиф Виссарионович Сталин очень любил две вещи – ругться матом и уничтожать Свой Народ. Особенно, почему-то, он любил уничтожать украинцев и ещё некоторых. Вставал он поздно, пил чай, курил первую папиросу «Герцеговина Флор», и начинал уничтожать.
Сначала он уничтожал один, а потом ему сказали, что народа всё равно ешё больше, чем было до революции, когда народ был несоветским, и дружно-весело хрустел ароматными францускими булками под вальсы Шуберта. «Шени дада дзагла, аднака...» - пробормотал в кровавые усищщи товарищ Иосиф Виссарионович Сталин, выкурил ещё одну папиросу, и привлёк к уничтожению Народа кровавое НКВД.
Через пару лет провели перепись. Народа опять стало больше. «О...ть!..» - слегка растерянно сказал товарищ Иосиф Виссарионович Сталин, сдвинул кровавые брови, выкурил теперь уже трубку, в которую поместились сразу аж три папиросы «Герцеговина Флор» - и позвал из Грузии своего старого подручного Лаврентия Павловича Берию. Берия, сука, был очень кровавым. Он очень помог уничтожать.
Потом опять провели перепись. Народа стало ещё больше. «Е...ся!» - воскликнул товарищ Иосиф Виссарионович Сталин, и тут же подружился с Гитлером. И стали они делать своё кровавое дело вместе – Сталин, НКВД, Берия и Гитлер.
Гитлер был лют, свиреп, и глухо отморожен, он здорово помог товарищу Сталину, и Народа на какое-то время стало меньше. Но товарищ Иосиф Виссарионович Сталин был очень коварным, и в конце концов принудил Гитлера выпить йаду.
И хотя Народу было очень тяжело, но его опять стало больше.
«Бльооо, да это просто п...ц какой-то!!!» - взревел, затопав кровавыми сапожищами товарищ Иосиф Виссарионович Сталин, бросил курить, и отправил теперь уже вообще всех в ГУЛАГ, и страну снова затопило кровью.
А потом он умер и все плакали.
Вот такая история.